Home Спорт для мужчин 90-60-90? Что нас привлекает самом деле

90-60-90? Что нас привлекает самом деле

90-60-90? Что нас привлекает самом деле
  • Уильям Парк
  • BBC Future

Если существуют универсальные стандарты красоты, чем тогда эволюция не сделала красивыми всех нас? И почему привлекает нас на самом деле не красота, а нечто иное?

Обнаженная модель лежит на шезлонге, прикрываясь лишь веером с павлиньих перьев и бросая соблазнительный взгляд на художника через плечо. Действие происходит в начале XIX века, художник — Жан Огюст Доминик Энгр и он рисует «Большую одалиску».

Художник пытается запечатлеть привлекательность юной женщины, но зрителям картина не нравится: в модели слишком длинная спина, она лежит в неестественной позе.

В 2004 году «Одалиску» проанализировали французские врачи, в частности вертебрологи. Они пришли к выводу, что лежать в такой позе не только невозможно, но у женщины должно быть еще пять дополнительных позвонков, чтобы она могла выгнуть спину таким образом.

Романтизм в искусстве этого периода воспевал женские тела с крошечной талией и широкими бедрами. Фигуру «песочные часы» считали вершиной красоты.

  • Ваш идеал красоты: а существует ли он на самом деле?
  • О чем на самом деле рассказывает наше лицо?

Можно ли собирался Энгр настолько исказить пропорции своей натурщицы — неизвестно. Очевидно, он пытался сделать ее фигуру более сексуальной, сузив талию и расширив ноги, и несколько перестарался.

Незначительные различия во внешности могут кардинально изменить ситуацию. Даже фасон платья может влиять на то, какой надежной, компетентной или привлекательной считают женщину.

Как обнаружила психолог Мириам Лисс из Университета Мэри Вашингтон в Фредериксбург в штате Вирджиния, чтобы выглядеть профессионально или вызвать доверие как политик, женщина должна одеваться более консервативно, а не сексуально.

Но почему некоторые черты внешности кажутся универсально привлекательными? Связано это с нашей репродуктивной функцией? И если да, то почему мы все выглядим настолько по-разному?

Эволюционные биологи давно рассуждали о том, может ли женская фигура «песочные часы» быть привлекательной для мужчин, потому что она связана с репродуктивным потенциалом женщины.

Они предполагали, что женщины с высоким уровнем эстрогена и следовательно, более плодородны, имеют широкие бедра и узкую талию.

«Мы считали ранее, что привлекательные женские черты, например тонкая талия, женственное лицо и хорошая кожа, связанные с половыми гормонами. Но теперь мы понимаем, что у нас практически нет доказательств этому «, — говорит Жанна Бове, эволюционный биолог из Университета Нортумбрии в Великобритании.

Бове изучала идеалы красоты женского тела с помощью произведений искусства разных эпох. Она обнаружила, что примерно с 500 года н.э. и к XV век наиболее универсальными были пропорции, когда талия составляет 75% от ширины бедер.

Однако с XV века женская талия в искусстве начала уменьшаться и к времени, когда Энгр написал свое знаменитое произведение, уже составляла две трети бедер.

В XX веке вкусы, кажется, вернулись. Однако таким выводам Бове пришла на основе параметров моделей Playboy и победительниц конкурсов красоты, а такое сравнение не является точным.

Итак, фигура «песочные часы» действительно сексапильная, но с генетикой это никак не связано. По мнению Бове, узкая талия и широкие бедра могут свидетельствовать о молодой возраст женщины и о том, что она еще не рожала много.

«Женские черты, которые считают привлекательными, прежде всего связанные с возрастом женщины», — заключает исследовательница.

Впрочем, если такие черты не связаны с генами, и следовательно, не являются важными для эволюционного отбора, является ли это причиной того, что мы все разные?

Психологи из Квинслендского университета в Брисбене в Австралии попросили гетеросексуальных мужчин и женщин оценить изображения противоположного пола, сгенерированные компьютером. Исследователи пытались выяснить, можно ли создать «идеальное» тело путем отбора.

Каждая фигура немного отличалась в 24 параметрам, например длина бедра, рост, ширина плеч, соотношение талии и бедер, размер груди и тому подобное.

Затем фигуры с самым высоким рейтингом скрещивали, чтобы создать двух потомков, каждый из которых содержал случайное сочетание черт матери и отца. Эксперимент повторяли в течение «нескольких поколений», чтобы определить, какие качества предпочитали, а какие отвергали.

Для мужчин приоритетом стала вес тела, они выбирали преимущественно меньших по размеру партнерш. А вот такие черты, которые мы обычно считаем важными, например размер груди, не имели особого значения.

Так же и соотношение талии и бедер ни были первоочередной параметром привлекательности.

Смоделированы женские фигуры в последнем поколении, выбранном мужчинами, оставались достаточно разнообразными. То есть каждый участник исследования были какие-то свои преимущества.

Однако выбор женщин был более последовательным. Они вообще предпочли фигуре «пловца» — высокий рост с широкими плечами и спортивным телосложением.

Таким образом, хотя общие признаки привлекательности действительно существуют, какое значение каждая из них имеет для отдельного человека, очень индивидуально, говорит Дикссон.

А как насчет привлекательности, которую мы можем контролировать, например стиль одежды и ухоженность?

Здесь возникает вопрос конформизма.

Представим, что выбор между большинством и меньшинством дает преимущества в выживании. Станет ли тогда конформистами вся популяция? Не обязательно. Ученые обнаружили, что сложные факторы, например миграция и половой отбор, влияют на соотношение конформистов и нонконформистов в обществе.

Они обнаружили, что люди могут менять свою позицию. Они подстраиваются под большинство, пока что-то достаточно популярным, и выбирают другой вариант, когда что-то становится слишком популярным.

«Если мы говорим о биологических преимущества, то нонконформистом быть выгодно, когда лучший вариант редким», — объясняет исследователь Каледа Кребс Дентон из Стэнфордского университета.

«Естественный отбор способствует разнообразию, — говорит Дикссон. — По своей сути он требует способности приспосабливаться к новой среде».

Возьмем красочного самца рыбок гуппи. Их длинные яркие плавники нравятся самкам гуппи, каждая из которых отдает предпочтение определенному особому цвета и рисунка.

Таким образом, ни одного «идеального» самца гуппи нет. Но и посредственность также не является преимуществом. Лучше быть уникальным гуппи и надеяться найти ту, кому подходишь именно ты.

В зоологии этот принцип называется полиморфизм. То есть новизна имеет репродуктивное преимущество для этих рыбок.

В биологических сценариях, когда разнообразие не несет сексуальных предпочтений, а привлекательной считают одну определенную черту, особи могут ее имитировать, обманывая таким образом противоположный пол.

Так происходит в романтическом мире крабов-скрипачей. Самцы этих крабов имеют одну большую боевую клешню, которой они отражаются от конкурентов. Самок крабов-скрипачей привлекают самцы с наибольшей клешней, так как они имеют лучшие боевые способности.

Если мужчина теряет клешню во время драки, он может отрастить почти такую ​​же. Новая клешня будет такой же длины, но меньшей массы и менее эффективной в бою, чем оригинал.

Однако самки выбирают себе пару лишь учитывая длину клешни, и определить, кто на самом деле является лучшим бойцом, они не могут.

Длина клешни — это ключевая черта, которая имеет значение для самок крабов-скрипачей, так же как для мужчин привлекательным является определенное соотношение талии и бедер, а для женщин — рост.

Итак, некоторые подлые мужчины-крабы манипулируют вниманием самок, чтобы замаскировать свою боевую слабость.

Там, где определяющей является одна черта, обман и бесчестье — везде. А вот если вид ценит новизну и разнообразие, быть нечестными гораздо труднее.

Но что такое разнообразие у людей? У мужчин густые брови, волосы на лице и квадратная челюсть является примером фенотипа, который сигнализирует о высоком уровне тестостерона. С точки зрения эволюции, женщинам, как и самкам крабов-скрипачей, выгодно спариваться с сильнейшими и самыми умелыми мужчинами.

Однако в игру вступают другие правила. Когда борода становится чрезвычайно популярной, бритые мужчины начинают выглядеть более привлекательными в глазах женщин и наоборот.

«Итак, срабатывает эффект новизны. Мне показывают что-то другое, и это привлекает», — объясняет Дикссон.

«Нонконформизм выгодно в сферах культуры, например музыка, литература, мода или визуальное искусство «, — объясняет исследовательница.

«Здесь высоко ценят не определенную черту, а всего оригинальность».

Такой же принцип действует и в выборе имен для младенцев. Распространены теперь имена были оригинальными, когда их выбирали наши бабушки и дедушки. Похоже, что сам факт популярности имени делает его снова непопулярным. И так, имена быстро выходят из моды.

Впрочем, возможно, мы еще не достигли пика популярности бород или в бороде и тонкой талии есть нечто притягательное само по себе, что невозможно объяснить генетикой.

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке вы можете на сайте BBC Future .

Хотите поделиться с нами своими жизненными историями? Напишите о себе на адрес questions.ukrainian@bbc.co.uk, и наши журналисты с вами свяжутся.

Хотите получать главное в мессенджер? Подписывайтесь на наш

По материалам BBC sport

Leave a Reply

Your email address will not be published.